Пользовательского поиска
поиск по сайту и в Сети через Яндекс

Шломо Громан, "Новости недели", 30 октября 2003 года

КНИГА ГИЛЕЛЯ КАЗОВСКОГО О ХУДОЖНИКАХ "КУЛТУР-ЛИГЕ"

27 октября в иерусалимском Доме книги "Гешарим" состоялась презентация новой книги известного исследователя еврейского искусства Гилеля (Григория) Казовского «Художники "Култур-лиге"», вышедшей в российско-израильском издательстве «Гешарим / Мосты культуры».
Книга венчает собой многолетнюю кропотливую работу ученого по сбору незаслуженно забытых фактов о плеяде еврейских художников, творивших в 1910-30-х годах. Родным языком всех их был идиш, что заметно во всем их творчестве – не только в оформлении книг на мамэ-лошн и иллюстрировании соответствующих литературных произведений, но и в самом видении мира. При том что политическая доктрина «Култур-лиге» - несовместимый с сионизмом культурно-национальный автономизм – не выдержала проверки временем, без этих художников невозможно представить историю еврейского искусства, да и еврейской жизни в целом, ХХ века.
Из общего объема книги - 342 страницы - примерно половину занимает текст на русском и английском языках. Другую половину составляют репродукции работ Шагала, Лисицкого, Альтмана, Чайкова, Рабиновича, Шор, Рыбака, Маневича, Штернберга и других членов "Култур-лиге".
Loading...

ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКАЯ СПРАВКА (Краткая еврейская энциклопедия)

КултУр-лИге (идиш, Лига культуры; в документах на русском языке — Лига еврейской культуры; иногда — Культур-лига; сокращенно КЛ) — общее название еврейских культурно-общественных организаций, действовавших в различных странах между двумя мировыми войнами и ставивших целью развитие образования, литературы и театра на языке идиш, а также еврейской музыки и изобразительного искусства.
Култур-лиге была создана в 1918 году. Идеология, вдохновлявшая деятельность КЛ, представляла собой одну из разновидностей идишизма. Идишизм зародился в конце XIX в. первоначально как «литературно-лингвистическое» движение за признание статуса языка идиш. Начиная с конца XVIII в., то есть с эпохи hаскалы, в части еврейского общества, ориентированной на восприятие ценностей европейской культуры, утвердилось резко отрицательное отношение к разговорному языку большинства ашкеназов. С точки зрения маскилим, идиш, в отличие от иврита, не соответствовал критериям самостоятельного оригинального языка, а представлял собой всего лишь «жаргон», «испорченный немецкий» и якобы препятствовал социальной и культурной интеграции еврейства, способствуя его изоляции.
Тем не менее со 2-й половины XIX в. культурная сфера идиш значительно расширилась, и он постепенно занял важнейшие позиции в национальной культуре евреев Восточной Европы. Стремительно развивалась идиш литература, появились периодическая печать и театр, сразу нашедшие массового читателя и зрителя. На рубеже веков идиш превратился также в мощный инструмент социалистической пропаганды, а с возникновением новых еврейских центров, главным образом в Америке, существенно расширился и его географический ареал. Порожденные глубинными процессами модернизации еврейской культуры и общественной жизни, все эти явления стали восприниматься как особое и важное направление национального движения, и такое их понимание легло в основу идеологии идишизма.
Принципиальным этапом формирования этой идеологии стала Черновицкая конференция по языку идиш (1908), на которой главное внимание было уделено вопросу роли идиш в жизни еврейства. Важнейшим итогом конференции явилось провозглашение идиш, наряду с ивритом, «одним из национальных языков еврейского народа». Признание равноправия и национальной значимости идиш, а тем самым всех форм культурной деятельности на этом языке, фактически означало декларирование особого самостоятельного направления в еврейской культуре. Идишизму было сообщено новое, более широкое социокультурное измерение, далеко выходившее за сравнительно узкие рамки породивших его конкретных проблем.
Идишизм выступил как национальная идеология, содержавшая в себе как способы решения актуальных задач еврейского народа, так и модели его дальнейшего развития. Концепция идишизма основывалась на убеждении в возможности сохранения и продолжения национальной жизни еврейства как народа в диаспоре с помощью института национальной автономии посредством созидания «современной еврейской культуры» на разговорном языке восточноевропейских ашкеназов (их число к началу 2-й мировой войны составляло около 11 млн человек).
Идишизм стал одной из важнейших версий еврейской национальной идеологии и альтернативой сионизму, признававшему в качестве языка национальной культуры иврит, отрицавшему существование условий для нормального развития еврейского народа в диаспоре и убежденному в возможности его национального возрождения только в Эрец-Исраэль. Идишизм был одним из тех факторов, которые способствовали сотрудничеству идеологически малосовместимых еврейских политических партий (см. ниже). М. Зильберфарб, Н. Майзель и другие деятели КЛ создали тот вариант идишизма, который сами назвали «културлигизмом». В этом варианте центральное место заняла идея новой национальной культуры, опирающейся на народный язык и носящей светский и демократический характер. Следуя романтической традиции, «култур-лигизм» рассматривал язык не просто как средство коммуникации, но видел в нем прежде всего целостный культурный феномен, произведение непрерывного коллективного творчества народа. «Народные массы» («чернозем нации», по выражению А. Литвака /Х.Я. Гельфанд, 1879—1932/) национальны независимо от того, осознают они это или нет: они живут «органической» национальной жизнью и «стихийно» создают национальные культурные ценности на «народном» языке.
По убеждению идеологов КЛ, творчество народа является основой, на которой строится «новая еврейская культура». Ее секулярный характер должен придать ей динамичность, устремленность в будущее и гарантировать свободное развитие разных видов творчества, а демократизм новой еврейской культуры обеспечит ее связь с социальными идеалами (для идеологов КЛ, преимущественно последователей Х. Житловского, были характерны социал-демократическое или народническое понимание идей социализма, стремление истолковать его идеал как универсальный нравственный принцип, а также неприятие марксистского детерминизма). Механизм создания новой культуры определялся термином «синтез» (одно из ключевых слов в лексиконе различных еврейских национальных теорий): синтез старого и нового, национального и универсального. Подлинный культурный синтез представляет собой творческое превращение разных элементов в органический сплав, в котором все они образуют уже нечто новое и оригинальное; благодаря этому, по мнению идеологов КЛ, устранится дихотомия «национального» и «общечеловеческого», а еврейский народ полноправно войдет во «всемирную семью народов».
Как было сказано в киевском «манифесте» Култур-лиге (1920), «превратить еврейство в нового члена большого сообщества мировой культуры не означает перевода мировой культуры на идиш. Это также не должно быть просеиванием общечеловеческой культуры через темперамент одной отдельной нации. Это означает гораздо большее — пересадить новую культуру на старую почву, создать сплав нашей истории, живущей в нас, с культурой нового времени». Такой «сплав» достигается в результате смелых экспериментов и поисков. Творческий дух поиска и новаторства, присущий создаваемой новой еврейской культуре, окажется тем ее качеством, благодаря которому она сможет обогатить культуру мировую.
По убеждениям идеологов КЛ, ценность новой еврейской культуры заключается, кроме всего прочего, еще и в том, что опыт создания этой культуры может помочь и другим народам, решающим сходные проблемы. Если старая (традиционная) еврейская культура представляется узко национальной, то новая приобретет универсальное, мировое значение, не утратив при этом своего национального характера. Универсализм новой культуры воплощается и в ее всемирном характере: согласно концепции КЛ, это культура всей идишской диаспоры, которая располагается в пространстве от Москвы до Нью-Йорка и от Лондона до Йоханнесбурга. Тем самым в культурную утопию включается еще и территориальное измерение. Евреи, говорящие на идиш, народ, лишенный собственной страны с четкими географическими координатами, тем не менее обладает духовной территорией новой культуры, «идишланд», границы которой — весь мир.
Представлялось, что сознательное национальное творчество станет не только важным фактором сохранения единства еврейства как экстерриториального народа, но также будет способствовать его внутренней консолидации. В процессе создания новой культуры исчезнет разрыв между отдельными группами еврейского народа, прежде всего между интеллигенцией и массами: народный язык станет языком культуры, благодаря чему укрепится связь интеллигенции с массами, которые выдвинут из своей среды «не только дантистов и бухгалтеров, но и сознательных борцов за новую еврейскую культуру». Национализация интеллигенции, с одной стороны, и повышение культурного уровня «органически национальных» народных масс, с другой, должны обеспечить естественность национальной жизни. По мнению одного из теоретиков КЛ А.И. Голомба (1888—1982), в результате развития культурных учреждений и процессов должно произойти обновление народа и формирование «нового еврея», «не нуждающегося в оправдании своего еврейства, ибо оно органично, подобно его рукам и ногам».
КЛ была учреждена на Украине, в Киеве в январе 1918 г. Киев уже с начала ХХ в. являлся одним из очагов литературы на идиш, а после Февральской революции (1917) превратился в важнейший центр разнообразной культурной деятельности на этом языке. Центральная Рада не только учредила особые министерства по делам национальных меньшинств (польское, русское и еврейское), но и приняла закон о «национально-персональной автономии». Поэтому Киев притягивал к себе наиболее активных деятелей еврейской культуры и политической элиты, особенно после того, как в октябре 1917 г. в России к власти пришли большевики. В столице Украины сосредоточились значительные силы творческой интеллигенции, которые ярко проявили себя в культуре на идиш, развернув в различных ее сферах — просвещения, театра и книгопечатания — энергичную и продуктивную деятельность. Среди ее главных инициаторов были поэты, прозаики, литературные критики и издатели, известные как «киевская группа»: Д. Бергельсон, Д. Гофштейн, М. Литваков, И. Добрушин, Дер Нистер, Н. Майзель и др.
Кроме деятелей культуры, важную роль в КЛ играли видные политические деятели — члены различных еврейских партий, главным образом социалистических и несионистских, "Левой Поалей-Цион", а также некоторая часть либеральной интеллигенции, связанная с "Фолкспартэй": М. Зильберфарб, Я. Зрубавел, З.В. Лацкий-Бертольди, А. Литвак и др. Участие политиков в КЛ было закономерно, так как сфера культуры являлась интегральной частью программы еврейских партий. Многие еврейские культурные учреждения и организации принадлежали тем или иным партиям. КЛ выступала не только в роли культурной организации, но и являлась своеобразной межпартийной ассоциацией, а потому выполняла некоторые общественно-политические функции. В период правления гетмана П. Скоропадского (апрель-декабрь 1918 г.), когда был отменен закон о национальной автономии и ликвидировано Еврейское министерство, КЛ фактически являлась институцией еврейской автономии.
Култур-лиге заняла место в кругу новых явлений, возникших в процессе демократизации общества после Февральской революции. Она способствовала мощному подъему еврейской культуры, одним из выражений которого стала активизация старых и возникновение большого числа новых культурных организаций и союзов. Характерной особенностью многих из них было то, что нередко они не ограничивались узкой специализацией в одной сфере, но стремились к распространению своей компетенции на самые разные области культуры. В полном объеме эта тенденция проявилась в КЛ, которая свою главную организационную задачу видела в консолидации и централизации всей разнообразной деятельности по развитию различных сфер еврейской культуры на языке идиш. Такое же стремление к консолидации было характерно и для сионистского культурного общества "Тарбут", существование которого, безусловно, являлось одним из стимулов к созданию КЛ.
Практическим воплощением этих идей стала система учреждений, включенных в виде секций в единую организационную структуру Култур-лиге. К осени 1918 г. уже действовали следующие секции: образования — дошкольного, школьного и внешкольного (для взрослых), издательская, библиотечная, музыкальная, театральная, литературная и художественная (пластических искусств). Немного позже, в начале 1919 г., были образованы секции еврейской статистики и архивная. Кроме того, в Киеве были открыты Народный университет, еврейская гимназия, учительская семинария и курсы подготовки еврейских учителей; было создано также издательство «Култур-Лиге», располагавшее сетью книжной торговли в провинции; с конца 1918 г. издавался журнал секции образования «Шул ун лебн», сыгравший важную роль в развитии современной еврейской педагогики; в 1920 г. начал функционировать Еврейский музей.
Работа всех секций, в соответствии с целостным подходом к культуре, мыслилась как результат согласованной, «синтетической» деятельности по единому плану, который определяли руководящие органы КЛ. Простейшая схема такого взаимодействия различных подразделений, реально функционировавшая в «киевский период» (1918—20), может быть продемонстрирована на примере секций в области образования: еврейские писатели, входившие в литературную секцию, создавали на идиш произведения для детей, вместе с педагогами составляли хрестоматии и учебники для еврейских школ; художники из соответствующей секции иллюстрировали эти книги, которые выходили в принадлежавшем КЛ издательстве.
Разумеется, нормальная систематическая работа в полном объеме оказалась невозможной даже в Киеве, а тем более в провинции, когда в 1919—20 гг. Украина стала ареной войны, непрерывной смены правительств и кровавых антиеврейских погромов. Тем не менее и в этих тяжелейших условиях КЛ продолжала свою деятельность, сосредоточив главные усилия в сфере народного образования. В городах и местечках Украины было основано более ста отделений КЛ, которые создали множество еврейских библиотек, начальных школ и детских садов на идиш. Нередко КЛ проводила социальную работу среди еврейского населения, открывала сиротские приюты и пункты помощи жертвам погромов.
В 1918-20 гг. на Украине КЛ являлась независимой организацией, практически монопольно осуществлявшей работу во всех сферах культуры на идиш. Положение КЛ изменилось после установления советской власти. 17 декабря 1920 г. декретом киевского Губревкома ее руководящие органы были «коммунизированы», Центральный комитет ликвидирован, а вместо него был создан Орком (Организационный комитет, председатель И. Нусинов), подавляющее большинство которого составили коммунисты и готовые к сотрудничеству с ними представители еврейских социалистических партий. (В это время произошел раскол в еврейских социалистических партиях, в них появились значительные прокоммунистические фрации, которые, объединившись друг с другом, фактически образовали новые партии.) Новое руководство было против сохранения независимости КЛ и видело свою задачу в том, чтобы превратить ее в один из инструментов советской культурной политики в еврейской среде. К 1924 г. все принадлежавшие КЛ учреждения народного образования были подчинены Наркомпросу, а большинство других расформировано, осталось лишь издательство, которое было закрыто в 1930 г.
В Москве КЛ была организована в середине 1920 г. Центральное бюро возглавило работу секций в городах России (Москва, Петроград, Смоленск, Казань, Симферополь, Чита) и Белоруссии (Гомель, Минск, Бобруйск, Витебск /в 1922 г. входил в состав РСФСР/). В отличие от киевской КЛ, московским Центральным бюро Култур-лиге с самого начала руководили прокоммунистические деятели. Тем не менее секции КЛ проводили большую культурную работу. В 1921 г. в Москве была создана художественная секция КЛ, членами которой стали М. Шагал и другие видные еврейские художники; в 1922 г. под эгидой Култур-лиге была проведена выставка произведений М. Шагала, Н. Альтмана и Д. Штеренберга. Активно работали до 1924 г. также образовательная, музыкальная и другие секции КЛ.
Весной 1921 г. М. Зильберфарб, Н. Майзель, А. Литвак и другие члены ликвидированного Центрального комитета КЛ, не принявшие идеологическую программу и политический курс ее новых руководителей, переехали из Киева в Варшаву. Опираясь на влиятельные и успешно работавшие в восточных районах Польши (Вильно, Белосток, Гродно) отделения КЛ, возникшие в 1918—19 гг., «киевляне» предприняли энергичные попытки реорганизации деятельности общества в масштабе всей страны. С этой целью в Варшаве были созданы соответствующие организационные структуры — от руководящих органов до отдельных секций, деятельность которых внесла заметное оживление в еврейскую культурную жизнь польской столицы. Эта деятельность была положительно оценена творческой интеллигенцией и нашла поддержку среди некоторых еврейских партий. Однако в Польше КЛ так и не удалось создать широкую политическую коалицию, подобную той, на которую она опиралась на Украине. Идея общепольской еврейской культурной организации, «надпартийной» по своему характеру, встретила решительное сопротивление со стороны Бунда. Обладая значительным количеством образовательных и культурных учреждений и претендуя на лидирующую роль в еврейском социалистическом движении, Бунд выступал последовательным противником компромисса и объединения со своими политическими конкурентами.
Тем не менее, несмотря на все трудности, в течение первых пяти лет своего существования в Польше (1921—25) КЛ удалось добиться значительных успехов: в провинции были открыты новые отделения, в Варшаве было основано одноименное издательство, в котором уже с середины 1920-х гг. выходила значительная часть мировой книжной продукции на идиш; были организованы ансамбли еврейской музыки и драматическая студия. Заметную роль деятели КЛ играли в еврейской периодической печати. Н. Майзель был основателем и бессменным редактором журнала «Литерарише блэтэр», посвященного вопросам литературы, художественной критики, театра и искусства и являвшегося одним из важнейших еврейских изданий в межвоенной Польше. КЛ образовала независимую фракцию в Центральной школьной организации (ЦИШО), которая была создана летом 1921 г. Немало членов фракции входило также в руководство ЦИШО, в частности, педагоги Х. Каздан (1883—1972) и А. Голомб (1888—1982), оказавшие решающее влияние на идеологию и практику еврейского образования на идиш. В 1925 г. КЛ, не сумев справиться с финансовыми трудностями, утратила свою самостоятельность, была подчинена Бунду и осуществляла все культурные мероприятия этой партии вплоть до начала 2-й мировой войны.
В 1919 г. в Черновцах и Кишиневе, отошедших в 1918 г. к Румынии, были учреждены организации КЛ, в рамках которых велась разнообразная деятельность. В 1921 г. при участии черновицкой КЛ была создана "Идише културфэдэрацье фун Румэнье" с центром в Черновцах, которая объединила усилия по созданию еврейских образовательных и культурных учреждений в духе идеологии КЛ. В столице независимой Литвы - Каунасе КЛ, занявшая заметное место в культурной деятельности страны, была основана в 1920 г. К 1922 году 14% еврейских детей Литвы обучались в школьной сети Култур-лиге, однако в том же 1922 г. КЛ была закрыта властями из-за прокоммунистической ориентации ее руководителей. В 1922 г. организации КЛ были созданы в Нью-Йорке и Чикаго (США), но вскоре они слились с местными отделениями близкой по идеологии организации "Арбэтэр-ринг".
Таким образом, КЛ действовала во всех важнейших центрах культуры на идиш. Многие писатели, педагоги, руководители театров, художники были активными сотрудниками КЛ в разных странах. Так, членами художественных и театральных секций КЛ в России и Польше, кроме вышеназванных, были Р. Фальк, И. Чайков, А. Тышлер, И.Б. Рыбак, Я. Адлер, Х. Берлеви (1894—1967). По ряду политических и иных причин идеология КЛ не вышла за рамки национальной утопии. Тем не менее Култур-лиге сыграла важную созидательную роль в истории еврейской культуры и внесла существенный вклад в общественную жизнь еврейства Восточной Европы в период между двумя мировыми войнами.

к оглавлению "Живого идиш"
в раздел "Изобразительное искусство"
на главную

Rambler's Top100